21:35 

Немцы не допускают ошибок!

ЯойныхДелМастер
Название:Немцы не допускают ошибок!
Автор: ЯойныхДелМастер
Фэндом: Hetalia: Axis Powers
Персонажи: Россия/Германия, Пруссия/Германия (+мелькают остальные из Трио Паршивцев)
Рейтинг: NC-17
Жанры: Даркфик, Стёб, Драма, Юмор, Hurt/comfort, Психология, Слэш (яой)
Предупреждения: Нецензурная лексика, OOC, Изнасилование, Насилие
Размер: Мини
Самарри: Поступает ли мудро тот, кто ходит в гости по утрам? Германия мультик не смотрел и точно ответить не может, а потому идет к России 22 июня в 4:00 в гости. P.S. Не страшно? Ну тогда читайте...
Статус: закончен




Гениальное начало фильма ужасов
Сегодня Людвиг встал рано. Обычно в 5:00 вся страна уже не спит, но главный немец сегодня (правильнее употребить вчера) даже не ложился. Сегодня у него важная встреча: ровно в 4:00 он должен напасть на Россию. Никто особо не рвался, но, наверное, отличительная черта немцев подчиняться не то чтобы слову, взгляду начальника, сыграла свою грустную роль. Отличаясь пунктуальностью, Людвиг прибыл чуть раньше. Было холодно. Странно, первый месяц лета, а так холодно. Огромный дом России был окружен строительным забором, говоривший о недавно начавшемся ремонте. "Я этот ремонт и закончу," — усмехнулся про себя Фриц. Но время, время! Германия сломал подобие ограды, но пройдя немного, запутался в колючей проволоке, лежавшей на сырой от недавнего дождя земле.
— So ein Mist!* — тихо выругался он, освободившись.
Дома было тихо. Подозрительно тихо. И только не законченный параноик немец мог это не заметить. Удостоверившись, что на первом этаже пусто,с автоматом он пошел на второй. Открывая одну дверь за другой он никого не обнаружил. Достав из кармана план дома России он внимательно посмотрел на него, а потом на противоположную дверь, на план, потом на дверь, на план, на дверь, на план, на дверь. Последнее место, где может скрываться Россия, та комната. Дыхание участилось, тело била мелкая дрожь — не каждый день идешь брать одну из самых могущественных держав в истории (для патриотов: просто самую могущественную), шепча песнь немцев Людвиг направился к двери.
— Hände hoch!** — немец ногой открыл дверь, та послушно сорвалась с петель и упала перед ним. Угрожая автоматом воздуху, Германия лихорадочно осматривал помещение: большой шкаф без ручки на одной из дверок, деревянный стол с не менее дерявянным стулом и огромная кровать. Применив знаменитую немецкую дедукцию (да-да, Эйнштейн родился в Германии, дорогие Ватсоны!) Людвиг сообразил, что комната принадлежит лично России. Однако хозяина здесь не было.
— Verdammt***, — Людвиг театрально топнул ножкой. Но все же не в его это стиле так вот просто сдаваться. Он еще раз внимательно осмотрелся.
— Неет, Иван, от меня так просто не спрячешься! — он подошел к шкафу и резко распахнул дверцы. Улыбка резко упала — там было пусто.
— Я знаю, что ты здесь! Найти тебя — вопрос времени! У меня есть план твоего дома! — немец достал бумажку и показал её воздуху, — потайных ходов или третьего этажа в твоем двухэтажном доме нет!
— Плевать**** мне на твой план, — раздался грубый голос.
Немец завертелся как юла с автоматом и включил слух на положение 100%-ный.
— Где ты?
— Ха, вот так прямо и отвечу! — раздался сзади голос.
— А республики с тобой? — боясь спугнуть призрак России немец медленно повернулся, но никаких летающих простынь не обнаружил.
— В надежном месте.
Для Германии надежное место может быть только одно, но Людвиг тряхнул головой и сослался на недостаточную жестокость Брагинского.
— Я слышал, что русские любят играть в прятки. Кажется, смысл в том, что один ищет другого, — похвастался знаниями немец, — так вот, похоже мы с тобой в прятки играем! — Германия рассмеялся.
— Не надейся, что найдешь меня по смеху... — голос был уже справа.
— Я тебя не недооцениваю, знаю, что тебя так просто не проведешь... — Людвиг крутился вокруг оси своей как глобус.
— Да нет, просто прикол тупой... — голос был сверху.
"Шутки Бога? Вряд ли...он просто разместил везде магнитофоны...Да, именно так."
— Эй-эй! У немцев прекрасное чувство юмора!
— Да, от вашего русского произношения мертвец со смеху сдохнет!
— Неправда! Пусть немец не знает всего, зато он знает все лучше других!
— Да у вас никто русский нормально выучить не может!
— А у вас немецкий!
— Да вы...ды вы...да над вами вся Европа смеется!
— Неправда! Только англичане! И Голландия... но это только потому, что он разрешил легкие наркотики!
— Да, он вообще над всем миром смеется!
После двухминутной паузы Германия разразился диким хохотом.
— Да, у русских есть чувство юмора! — произнес Людвиг.
Внезапно ощутив металлический краник, со скоростью хорошего "Мерседеса" на автостраде (хороший "Мерседес" с не менее хорошим Бюргером***** разгоняется только на автостраде) врезающийся в светловолосую голову, немец упал.
— Я, признаться, переоценил тебя, Германия! — засмеялся Брагинский.

*(нем.) So ein Mist! — Что за чертовщина!
** (нем.) Hände hoch! — Руки вверх!
***(опять нем.) Verdammt! — Проклятье!
**** (разг. рус.) Плевать — Равнодушно относиться к чему-либо (пример синонима: забивать)
***** (разг.рус.) Бюргер — от нем. Bürger — гражданин. Так русские с любовью называют немцев.




Очень лирическое настроение Пруссии
— Отлично я сегодня повеселился в Риге, пора идти в Эстонию! — Пруссия ногой распахнул входную дверь и упал в кресло, — Людвиг еще не вернулся... — грустно заметил Гилберт. В доме было пусто, воздух напряженный, но, в то же время, отчаянно-тоскливый. На протяжении нескольких дней Байльшмидт вот так вот приходил, приземлялся на что-нибудь мягкое и в редкие минуты отдыха размышлял: "Черт подери! уже забыл каково это, когда тебя встречают, одобряюще хлопают по спине, матерят за пьянство... И все из-за Людвига... высказать бы ему всё, да его как на зло нет! Мы захватываем русские города, Европа у наших ног, мы должны радоваться и пить пиво! Да кто эти мы? Людвиг обещал привезти Россию еще год назад... все ли с ним в порядке? Он ведь маленький, наивный, хотя и строит из себя не пойми кого. Если Россия что-нибудь с ним сделает — глотку перегрызу!"
Пруссия непроизвольно стукнул кулаком по столу.
— Scheiße! — Гилберт схватился за руку. Все-таки латыш тоже не промах — уж пулей-то в выскочку-альбиноса попадет!
По принципу ракет V2, постоянно падающих на Францию, взгляд прусса попал на картину в красивой деревянной раме со вставленными по углам рубинами. Знаменитое Трио Паршивцев в компании с младшим братом Гилберта: вот прусс в центре и "нежно" обнимает Людвига, Франция, надув губки, смотрит на новоявленного педофила, а Испания с маньяческой улыбкой предлагает посиневшему маленькому Фрицу сомнительной свежести томат. Байльдшидт усмехнулся. Помниться тогда он чуть не убил крошку-Италию за такой шедевр, но потом повесил его (шедевр, а не Венициано) в лучшую раму на лучшее место в немецком доме.
— А хорошо мы тогда Австрию отделали, только вот от Венгрии потом досталось, — Пруссия потер исцарапанной Латвией рукой до сих пор дававший о себе знать больной затылок. Гилберт снова посмотрел на очаровательную мордашку младшего брата, как смотрел все эти тоскливые дни.
— Каким же он был милым в молодости!

***
— Пруссия, он очарователен!!! — прыгал вокруг Людвига Бонфуа.
— Это потому, что он мой брат! — гордо заметил Гилберт.
— А ему томат дать можно? — аккуратно поинтересовался Испания.
— Смотри не отрави! — предупредил Байльшмидт.
— W-was?!* — мальчик попятился и спрятался в плаще старшего брата.
— Эй! Ты куда? Испугался? — Пруссия погладил Людвига по голове, взъерошив волосы, — Не бойся их...
— Ты ведь не трус, верно? — вставил веское слово Франция.
Немного помявшись, младшенький все же вышел.
— Держи! — воспользовался моментом Испания и, лучезарно улыбаясь, вручил Людвигу томат.
— Danke... — робко проговорил малыш и аккуратно откусил, надеясь не запачкаться (немец в любое время и при любых обстоятельствах останется немцем), но все же коварный плод оставил на пухлых губках малыша пару капель свежего сока.
— ВААЙ! Он такой милый!!! — и все Трио накинулось на Людвига.

Гилберт посмотрел в окно (для тех, кому интересно почитать описания природы и разобраться-таки в ситуации снаружи, не дуйте губки — там вечерело.) и опустил взгляд.
— Я должен узнать что с ним, — и Пруссия пулей выскочил из дома.

*(нем.) W-was?! — Ч-что?!



Умри, фашистская морда!
— Wo sind wir, Bruder? Nein, ich bin nicht betrunken...noch... Preußen? Wo bist d...WO BIN ICH?! *
— А, проснулся! — торжествующе заметил хриплый голос.
— Wer ist hier...?** — все еще плохо соображая отозвался Германия
— Я есть hier! — грубо засмеялся Россия.
— Иван?
— Нет, блин, Маша! Ты в плену, фашистская морда!
— Немцы в плен не попадают, немцы просто задерживаются на переговорах! — уточнил Людвиг, за что получил пощечину.
— Говорить здесь буду я, а ты будешь жалобно молить о пощаде, ублюдок!
На последнем слове Брагинский сильно (мягко говоря) ударил Германию в живот.
— Ч-чёрт... — изо рта брызнула кровь, Людвиг хотел инстинктивно схватиться за источник боли, но только сейчас осознал, что руки его заломлены за спину и крепко связаны армейским ремнем, а ноги широко расставлены и подвязаны к металлическому кранику у колен. Но особенно пугающим было то, что Фриц чувствовал свежий ветер, гуляющий в той области, которая у порядочных людей обычно прикрывается трусами, и в то же время ощущал свои родные немецкого производства штаны на себе.
— Я немного изменил дизайн твоих панталон, для своего удобства! — Россию начало трясти от хохота, словно в приступе, и Ваня, не упуская момент, начал систематично избивать Людвига.
— Сволочь, ты знаешь скольких ты убил?! Ты можешь себе представить адскую боль каждого из моих солдат, под зверский смех твоих?! Подонок! — Суровый кулак Брагинского уже изучил каждый сантиметр на животе Людвига.
— Меня... заставили, я не... — любое слово давалось с трудом: кровь лилась изо рта, а сломанные ребра создавали нормальному дыханию ощутимое препятствие.
— Заткнись! — проревел Иван, нанося удар в лицо.
Нос кровоточил, дышать стало почти невозможно.

***
— Давай Германия! Еще пару километров! — подбадривал Пруссия брата, пробегая рядом.
— Я больше...не...могу... — задыхаясь лепетал Людвиг.
— "Не могу" — передразнил его Байльшмидт, — это когда не могу вспомнить "Песнь немцев"! Вот это называется "не могу"!
— Но Гилберт, я же сегодня еще отжимался и...
— Хочешь стать таким как я?
Маленький Людвиг остановился и внимательно посмотрел на старшего: худой, немного нескладный, огромными бицепсами и не пахнет... Мальчик нахмурился. Пруссия поймал этот взгляд и опустил голову, усмехнувшись.
— Ну да, я не эталон... — грустно заметил он.
Глаза Людвига расширились, он робко подошел к брату, несколько секунд открывал и закрывал рот причмокивая языком, как-бы чавкая, подбирал слова.
— Братик! Ты самый лучший! И... ты всё можешь! Всё-всё-всё! Правда-правда!
Маленький Фриц слабо обнял Гилберта, заставив того вздрогнуть, хотя бы потому, что его впервые назвали "братиком".
— Брат... — растерялся Байльшмидт.
— Я еще три километра пробегу, Гилберт! И.. если я стану сильным, значит и ты тоже сильный!
— Брат, — улыбнулся прус уже бегущему далеко впереди Германии.
— ...brü-der-lich zusa-mmen-hält!*** ...— с трудом напевал Людвиг...

— Ты что там бормочешь? — нахмурился Иван и грубо поднял немца за волосы.
— Sch-scheiße****... — зашипел Фриц.
— Захлопни пасть, свинья! — Брагинский кинул Германию в стену, об которую последний очень сильно ударился головой, — Чтобы больше ни одного слова на этом поганом языке, понял?! — Россия пнул Людвига в лицо, — Теперь ты еще больше похож на свинью!
Иван расхохотался. Фриц чувствовал, как кровь медленно стекает по волосам и капает на пол, чувствовал, как песок перемешивается в носу вместе с кровью...
и внезапно почувствовал, как его подняли поставили на колени на старый ковер в центре комнаты.
— А раз ты свинья, — продолжил свои мысли Ваня, — значит я тебя отымею!
Германии не нужны были слова — он все понял по действиям Брагинского. Дыхание то и дело сбивалось, кровь с волос попадала на глаза, висела каплями на ресницах, принуждая закрыть веки. Собственно, к этому принуждали и усталость, и боль, и какая-то горечь.
Тем временем Россия небрежно стянул штаны и кинул их на кровать. Затем подошел к Людвигу и прошептал над самым ухом:
— В твоих же интересах отсосать, как хорошая проститутка!
— Leck mich am Arsch, aasiger Russe!*****
— А вот это ты зря... — Иван схватил немца за волосы и грубо насадил его на член. Русский вошел глубоко, царапая нежные гланды, он начал наращивать темп. Доступ кислорода прекратился и Германия начал задыхаться. А Россия словно забыл о нем, да все приговаривал: "Поделом, фашистская морда! Поделом!" Голова кружилась, перед глазами начали плыть круги, и казалось, что так вот и погибнет ариец, однако Брагинский не счел нужным убивать свою игрушку. По крайней мере сейчас...
Пока Германия жадно глотал воздух, Иван незаметно подкрался сзади (как ни крути, а русская разведка самая лучшая) и резко вошел. Людвиг вскрикнул и на щеках появились тоненькие ручейки слёз.
— Ах да, ты ведь у нас правильный, хороший мальчик! То-то Пруссия обрадуется, узнав, как Германия потерял девственность! — хрипло произнес Россия над самым ухом, — Батюшки, да мы плачем! Это,наверное, очень больно... — продолжал наращивать темп Россия, Фриц закусил губу от боли и обиды, еще один красный ручеёк занял свое место на лице немца, — так значит будет ЕЩЁ БОЛЬНЕЕ!
— НЕ СМЕЙ! — в комнату влетел Пруссия и, тяжело дыша, достал из-за спины автомат.


* (нем.) Где мы, брат? Нет, я не пьян...пока ещё...Пруссия? Где т...ГДЕ Я?!
** (нем.) Кто здесь...?
*** (нем.) ...по-братски вместе! — Примерный перевод 4-ой строчки 1-ого куплета "Песни немцев"
**** (и снова нем.) Очень мягкое и культурное немецкое "бл*ть"
***** (о да, я могу ставить эти звездочки бесконечно!) До запятой: очень грубый и некультурный немецкий аналог русского "Иди на ху*!" После запятой: (нем.) Поганый русский!



Немцы не допускают ошибок!
— Ба, кто пришел! — Россия, не стесняясь своей наготы, направился к Пруссии.
— Заткнись, мразь! — Гилберт положил палец на курок.
— А вот этого я делать тебе не советую, — и Брагинский одним ударом уложил Байльшмидта и взял автомат.
— Вы оба — слабаки, — Иван усмехнулся и схватил полуживого Германию за волосы и приставил к горлу дуло, — Как тебе такой поворот, а Пруссия? Может мне убить его из твоего же автомата? — Брагинский еще сильнее вцепился в волосы Фрица, отчего последний хрипло застонал.
— Отойди от него, ублюдок! — прус накинулся на Россию с ножом.
Прогремел выстрел.

***
— Пруссия, Прусия! — ныл Франция около Гилберта, — твой брат сказал, что я ему не нравлюсь!!!
— А что? Это правда. Если вы мне не нравитесь, то зачем я должен это скрывать? — искренне удивлялся Людвиг.
— Так, тихо! — властно произнес Байльшмидт, — Брат, если человек тебе не безразличен, то сказав горькую правду, ты можешь его обидеть, — прус нравоучительно поднял указательный палец вверх, — в таких случаях можно и соврать.
— Но если человек мне...
— Скажи, ты ведь неравнодушен к Франциску, м? — спросил Гилберт. Бонфуа слабо улыбнулся.
— ... Неравнодушен.
— Слушай, а он ведь мог соврать! — спохватился француз.
— Это уже не мои проблемы, — отмахнулся Пруссия, — Ты услышал, что хотел? Вот и проваливай!
— Как грубо...
— Зато правдиво, — вставил Людвиг.

Стул остался без одной ножки.
— Брат! — Байльшмидт кинулся к Германии и крепко обнял его, связанного, еле живого и беспомощного, прижимая к себе.
— Bruder, — пытаясь улыбнуться проговорил блондин.
— Людвиг, я вытащу тебя отсюда! Все будет хорошо! Вот уви...
Договорить Гилберту не дал удар в спину. Пруссия свалился на Фрица, все еще слабо обнимая его.
— Гил? Гил! — тяжело дыша хрипел немец.
— Не увидишь, — просто сказал Брагинский, схватил пруса за шкварник и, пару раз ударив, откинул в другой конец комнаты.
— Не трогай его! — прокричал Людвиг, в этот же момент острая боль пронзила все горло и он согнулся пополам отхаркивая кровь.
Россия обернулся и, резко схватив Германию за шею, прошептал над самым ухом: "Ты за всё поплатишься, сволочь! Я отниму у тебя самое дорогое, причиню столько боли, сколько еще смогу!" — Россия больно укусил ухо немца, заставив того вскрикнуть и заплакать.
— Ваня, я убью любого, кто посмеет вызвать слезы у моего младшего брата! — внезапно появившийся Пруссия готов был уже нанести удар, но Брагинский перехватил его руку и, неестественно выгнув её, отпустил. В этот миг что-то хрустнуло и Гилберт вскрикнул как раненый пес.
— Братик! — вырвалось с кровью из Германии.
— А теперь твоя очередь, малыш! — Россия достал из сапога нож и угрожающе направил его к горлу Людвига.
— Нет... — донесся слабый хрип из угла комнаты, — убей меня, не тронь брата...
Иван торжествующе улыбнулся и направился к источнику голоса.
— Брат, не надо, прошу тебя, — слёзы текли по грязным щекам, — он всё продумал! Он это специ...
Брагинский ударил Германию по лицу и, тот упал, еле дыша.
— Молчи, подонок! Тебя растаскают как червивые яблоки на базаре! А этого уёбка я возьму себе, ты так не считаешь?
Он обратился к Пруссии, подняв его за ворот куртки. Гилберт слабо улыбался.
— ...sollen in der Welt behalten ihren alten schönen Klang*... — он подмигнул младшему брату.
— Теперь ты понял, Германия, — протянул Россия, — что это было большой ошибкой нападать на меня.
— Немцы не допускают ошибок... — гордо заявил Байльшмидт, за что получил пощечину.
— Просто у нас своеобразное чувство юмора. — вставил Людвиг.

*...должны сохранять в мире свою старую хорошую репутацию... Примерный перевод 3-ей и 4-ой строчек 2-ого куплета "Песни немцев".

@темы: Германия/Россия., Германия/Пруссия.

URL
Комментарии
2011-08-08 в 21:41 

Ledi-Yaoi
Есть на свете три пути : Верь, Надейся и Люби. Есть ещё четвертый путь : Хуй забей и все забудь.
Классно))) Безумно понравилось даже незнаю что сказать супер

     

YAOI-HETALIA

главная